Наблюдатель 54.

Мы редко встречались ради безопасности. Но сегодня я сидел напротив него в закрытом кабинете, чувствуя терпкий запах дуба и кожи, въевшийся в стены старого особняка. Чрезвычайные обстоятельства требовали рискованных шагов.

— Авария не была случайностью, — начал я без долгих вступлений. — Ты думал об этом?

Саша посмотрел на меня, слегка нахмурив брови.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он ровно, но в голосе слышалась осторожность.

— Я собираюсь изучить его последние дни, — поделился я своими намерениями. — Звонки, сообщения, личные встречи — хочу восстановить картину шаг за шагом.

— Ты не преувеличиваешь? — Саша откинулся на спинку кресла, и свет лампы скользнул по его лицу, оставив глаза в тени. — Вся эта история слишком личная для тебя. Не кажется ли тебе, что это… пустая трата времени?

Я почувствовал лёгкое раздражение, но не показал его:

— Личная или нет, но мне нужно знать, что происходило вокруг него в последние дни.

— Слушай, — сказал Саша, наклоняясь чуть вперёд, — давай не будем драматизировать. Всё, что тебе нужно, ты уже видел в отчётах. Остальное — пустые домыслы.

Я кивнул, хотя уже понимал, что не отступлю.

———

Когда я начал восстанавливать события, оказалось, что количество его звонков, личных встреч и переписки не совпадало с отчётами, которые я получал. Контактов с Сашей было гораздо больше, чем я ожидал. 

Даже в день аварии они несколько раз говорили по телефону. Он не упомянул об этом, когда я поделился планами — наоборот, пытался отговорить. Это вызывало во мне тревожное предчувствие. Почему он умолчал? Почему отчёты не совпадали с фактами? Что ещё он скрывает от меня?

Я снова встретился с Сашей, теперь с конкретными вопросами:

— Сколько раз вы с ним говорили в последние дни? — спросил я.

— Да, как обычно, — ответил он ровно, — что ты пытаешься раскопать?

— Совпадения, несоответствия. Каждая деталь важна. — Я смотрел прямо в его глаза. — Сколько звонков? О чём говорили?

Саша замялся на долю секунды, но лицо оставалось спокойным.

— Всё в отчётах, — уверено сказал он. — Ничего такого, из-за чего стоило бы волноваться.

Я разложил перед ним распечатку звонков.

— В отчётах — нет того, что мне нужно. Он был необычно активен в свои последние дни. Звонки, сообщения, встречи. Многие — с тобой. Даже в день гибели.

Саша слегка пожал плечами:

— Возможно, — его голос был ровным, но я заметил лёгкое напряжение.

— В твоих отчётах нет этих звонков. Почему?

Он отвёл взгляд:

— Я не считал нужным фиксировать всё. Повседневная рутина.

— Рутина, — медленно повторил я и заметил, как его пальцы невольно барабанят по столу.

Слова звучали ровно, но тело выдавало его. Лёгкая пауза перед ответом, взгляд к двери, задержанное дыхание. Слова могут лгать, реакции — никогда.

Саше определенно нужен был присмотр, я больше не мог доверять его объективности. Сейчас он сам был под подозрением. Я не понимал его мотивов, но знал того, кто поможет мне разобраться.

Каждое отклонение от отчёта могло быть ловушкой или подсказкой. Я чувствовал это кожей. А для того, чтобы защитить её мир, мне нужно было видеть всё.

В комнате повисла душная тишина, пахло старым деревом и пылью проводки, и мне вдруг показалось: ложь тоже имеет запах.

Именно тогда я принял решение приставить к нему Леру, чтобы она вела наблюдение из первого ряда и у меня появился альтернативный источник информации.

Задача была ясна: установить точный порядок событий перед аварией, выявить все контакты, и одновременно наблюдать за Сашей. Любое несоответствие — сигнал. И если он появится, я узнаю об этом первым.

Быть Наблюдателем — значит видеть правду, даже если она прячется за улыбкой друга и ровным голосом компаньона.