Неверная 25.

— Посмотри, что Мадам вчера учудила, — в своей привычной манере врывается в моё утро Лера, отправляя вслед за голосовым сообщением несколько скриншотов из их с Мадам переписки. 

Моя давняя подруга Лера каждый день на полном ходу влетает в моё личное пространство вместе со звуком уведомлений о новых сообщениях. Её голос — это коктейль из звонкого смеха и мыслей, которые непрерывно ищут лазейки, щёлкают замками и скользят по чертогам разума.

Она активно практикующая бисексуалка. Это не объясняет о ней всего, но важно для понимания того, как она несёт себя миру. На самом деле, я думаю, что все женщины бисексуальны по своей природе, просто не все это принимают. Лера определённо принимает…

Её ум — как лабиринт, в который хочется забраться и потеряться: пытливый, быстрый, ясно улавливающий слабые места человеческой психики. Её эмоции — как плотная ткань: не рвутся на куски, но чувствуются кожей. Она умеет угадывать настроение людей, словно читает температуру воздуха в комнате, и всегда знает, где нужно подуть, чтобы вызвать бурю.

Подруга Леры — объект её одновременного восхищения и раздражения — нарцисс. Не очень умна, но прекрасно умеет создавать хаос вокруг себя. Мы зовём её «Мадам» — иронизируя над любовью к драматизму и театральным эффектам. Но без неё наше с Лерой общение вряд ли было бы таким живым. Мы давно закольцевались в своей созависимости, где Лера анализирует Мадам, я — Леру, а Мадам невольно подкидывает материал для нас обеих.

Лера склонна к авантюрам и риску, к тому, что обычно пугает людей с моим темпераментом. Она умеет разжечь азарт и при этом держать руку на пульсе — ради эксперимента, ради наблюдения, ради шанса увидеть мир не таким очевидным, как он кажется.

В нашем общении я редко говорю о себе — только когда хочу отразить её мысли и эмоции. Через её глаза я вижу, какой хрупкой может быть чужая уверенность, а через свои — как мы обе прячемся за стенами и расставляем сети одновременно. 

Мы видимся редко, поэтому общаемся через голосовые и текстовые сообщения, и именно это делает наши разговоры живыми: мгновенная реакция, смех, пауза, маленькая деталь — как шутка для двоих, которую невозможно объяснить тем, кто за границами круга.

В Лере нет ничего лишнего — чистая энергия, мысль и азарт. Она умеет выбивать меня из равновесия, но не стремится сломать. Мы играем в эту игру осторожно, с уважением друг к другу и к хаосу, который нас окружает.

Я пью свой утренний кофе и слушаю ещё одно эмоциональное сообщение от Леры:

— Она снова устроила концерт по заявкам. Серьёзно, я не могу понять, как она умудряется каждый раз перевернуть всё с ног на голову. О, ты бы получила удовольствие, наблюдая за этим спектаклем. Я бы и сама была не против просто смотреть со стороны. Но ведь ей обязательно нужно меня втянуть… Скажи мне, только я это вижу? Как можно быть такой инфантильной?

Я слушаю её голос, и даже через динамик чувствую напряжение. Лера усмехается, но в её словах звучит лёгкое раздражение и усталость. Да, я вижу. Мадам вновь балансирует на краю собственной неуклюжей драмы, а Лера будто щёлкает замком, открывая мне дверь в этот хаос.

Отвечаю ей текстовым сообщением:

— Я вижу и понимаю, чем ты раздражена, Лер. Она снова решила доказать, что мир крутится вокруг неё?

Получаю новое голосовое:

— Именно! И вот что я думаю… У меня руки чешутся сыграть на её… скажем так, импульсивности… — она делает короткую паузу. — Не волнуйся, ничего криминального, но ты же сама видишь — она снова лезет туда, в чём ничего не смыслит… Ты как — в деле или хочешь просто наблюдать?

Я слышу азарт и заинтересованность в её голосе. Лера умеет высечь искру так, чтобы я сразу увидела потенциальный сценарий. Я знаю, она делает это не просто так. Она проверяет границы. Но я не тороплюсь отвечать. Наблюдаю. И после недолгой паузы пишу:

— Рисково. Дай детали. Хочу понять, насколько это может быть интересно и безопасно для психики, а не только для моего кошелька, — смягчаю свой уклончивый ответ полушуткой.

Она отвечает сразу, в голосе ирония и интрига:

— Не вопрос. Представь себе Мадам с её уровнем познаний в управлении делами. Ты же помнишь, что происходило с другими её начинаниями?.. И сейчас она снова хочет инвестировать в новый проект, не понимая ни цифр, ни рисков. Уверена, мы с тобой могли бы сделать его успешным, несмотря на все её старания слить дело. — Смеётся. — Что скажешь? Пока просто наблюдаем из тени. Ждём повод. Всё должно быть сделано чисто. Представляешь, как это может быть интересно?

Конечно, я хорошо это представляю… Лера словно расставляет фигуры на доске, отводя для Мадам роль пешки. Привлекая меня, она также отводит мне определённую роль, отлично чувствуя мою заинтересованность. Мне определённо будет любопытно наблюдать за развитием событий, поэтому я уточняю:

— Твоя схема понятна, Лер, а какие мои «фигуры»?

Её новое сообщение подтверждает мои мысли:

— Просто будь рядом как тихий катализатор. Мне нужен твой аналитический ум и голос рассудка. Мадам понятия не имеет, как мало ей нужно, чтобы сойти с доски. Конечно, мы сможем проверить, насколько она предсказуема и использовать это, чтобы направлять её.

Я тихо улыбаюсь. Вот, как можно отказать себе в удовольствии стать частью этой авантюры? 

Вуайерист во мне ликует от возможности получить этот любопытный опыт. Уступая его напору, пишу:

— Ладно — я в деле. Наблюдаю — и вмешиваюсь только если ситуация выходит за рамки «эксперимента», — неочевидные риски не пугают, а только делают этот опыт ещё более желанным для меня.

Её довольный голос не заставляет долго ждать:

— Отлично. Тогда стартуем, как только Мадам даст первый повод. А пока наслаждаемся её театром из первого ряда…

Да, Лера умеет заражать азартом. Я уже начинаю строить стратегии, расставляя фигуры на этой доске в своём порядке. Мадам будет думать, что играет сама, в то время как всё будет под нашим контролем. Лера будет уверена, что это её игра, пока я меняю её правила.

Деловая этика? Нет, не слышали.

Такие игры никогда не остаются только про деньги. Рано или поздно приходится платить чем-то другим — вниманием, слабостями, даже привязанностью. И тогда аналитик становится игроком, а наблюдатель — соучастником. А значит, и я рискую шагнуть туда, где уже нет безопасной дистанции.

Воистину, тщеславие — мой самый любимый из грехов ©. Что если оно потребует выйти из тени и сыграть самой? 

Мне кажется, я уже знаю ответ.