Ронин 12.

Телефон звонит в тот момент, когда я уже разобрался с делами и собирался немного отдохнуть, наслаждаясь закатом на открытой террасе. Тёплый ветер ерошит мои волосы, а горизонт медленно окрашивается в оранжево-розовые оттенки.

— Пап, спасай… — голос сына звучит без привычного сарказма, с ноткой растерянности. — Я залип в коде и забыл, что обещал Ксюше. Ты можешь заехать на склад и забрать коробки с мишурой, а потом привезти их в приют? Это для Abla…

Он впервые просит меня прикрыть его, как прикрывают спину товарища. 

Я соглашаюсь без колебаний. Потому что сын доверил мне нечто важное для него. А значит, я снова оказался на территории, где моё присутствие может быть чем-то большим, чем просто случайность.

———

В приюте пахнет сырым лесом и кошачьим кормом. Я редко прихожу в такие места по доброй воле. Здесь всегда слишком много жизни и слишком мало места.

Я вношу коробки, на ходу приветствуя ребят. В углу Ксюша машет мне рукой, смешно закатывая глаза: 

— Вашего Рони только летом за санками посылать. — Она шутит, но я вижу — для неё эта вечеринка больше, чем просто праздник. Для всех них Abla — неформальный якорь, человек, который умеет держать дистанцию, но в нужный момент оказывается ближе всех.

— Вы какой торт любите шоколадный или ягодный? — мило морщит свой веснушчатый носик Ксюша.

Я задумываюсь на мгновенье:

— Определенно шоколадный…

— А оставайтесь с нами, — не дослушав перебивает она, — будет и тот, и другой, — говорит она звонким голосом и подмигивает мне.

Я дружелюбно улыбаюсь, оставляю коробки и интересуюсь, где мне найти сына.

В приюте царит привычная суматоха: кто-то возится с животными, кто-то таскает коробки, кто-то громко смеётся. Я прохожу по коридору, здесь пахнет не только кормом. Есть ещё один след — тонкий, как выдох.

Тёплый, живой.

Только что оставленный…

Попав в общее рабочее пространство, я замечаю её не сразу — книгу, на краю стола, рядом с кипой бумаг. Тёмный переплёт, шероховатая поверхность, и та самая царапина, похожая на молнию. Я замираю. Я знаю эту линию…. Узнаю её так же, как шрам на собственном теле.

Провожу пальцами по ней — и мир сужается до одного прикосновения.

Я хочу взять её в руки, вдохнуть запах страниц, понять, зачем она здесь. 

В этот момент кто-то хлопает меня по плечу.

— Эй, вы ищете Рони? — какой-то парень останавливает меня. Он не виноват, просто не понимает, насколько этот момент особенный для меня.

Я вздрагиваю, убираю руку, словно меня поймали на воровстве. Книга остаётся лежать на столе.

Сегодня я ухожу с пустыми руками. Но в этой пустоте мерцает тихий свет.