Усталость последних дней настигла меня внезапно, погрузив в глубокий сон. Я просыпаюсь ближе к полудню — и понимаю: тело спало, пока дух не отдыхал. Сны, как перекрёстки, не всегда ведут туда, куда я выбрал, но всегда приводят к тому, в чем я нуждаюсь.
Наспех натягиваю дорожные вещи и отправляюсь на ресепшен для выселения. Молодой парень за стойкой неторопливо говорит по телефону. Я барабаню пальцами по поверхности, выражая нетерпение. Когда он наконец заканчивает разговор, прошу рассчитать меня и прячу чеки в паспорт, направляясь к своему байку.
Пока ожидаю своей очереди на пограничном переходе, перечитываю письмо от сына:
«Отец,
Иногда я буквально чувствую, как давят на меня стены, но ещё сильнее давят мысли. Что мать одна. Что ты смотришь на меня с укором. Что я — не тот, кем ты хотел меня видеть.
Я злюсь на себя. Но не жалею. Я сделал то, что считал правильным. Пусть говорят, что молодость — это глупость, но я верю: лучше глупость с честью, чем жизнь с опущенными глазами. Я никогда не предал бы ни себя, ни кровь, которая во мне.
Отец, если ты хоть раз подумаешь, что я сдался — знай — никогда! Я живу надеждой. Я рву сердце, чтобы хватило сил дождаться того дня, когда снова смогу быть рядом с вами, защитить, подставить плечо. Пусть мир несправедлив, но я никогда не склоню голову… Никогда!
Я всё ещё держу кулак крепко и гордо несу твоё имя…
Надеюсь на скорую встречу,
твой сын Ronî.»
Я машинально сжимаю кулак. Не твоя вина, что в венах течёт курдская кровь. Это твоя судьба, мой лунный свет.
Курдская кровь в тебе, как река, в которой отражается полная луна. Ты не выбирал ни реку, ни луну — но твой путь всё равно проходит по мосту над ними.
———
Пограничник жестом предлагает мне приготовиться к осмотру. Я открываю припылённый дорожный кофр и достаю паспорт, оттуда выпадает клочок бумаги: «Спасибо за тепло. Уезжаю в 6:30».
Тонкая, чуть нервная линия чужого почерка откликается во мне чем-то родным и таким знакомым.
Записка выпала из паспорта, как опадает лист из ветки. Я не знаю, откуда дует этот ветер, но каждый лист несёт в себе его дыхание.
Не раздумывая, убираю записку вместе с письмом во внутренний карман мотокуртки. Впервые за долгое время я позволяю словам дотронуться до меня.
———
Стамбул встречает невероятным закатом. Мужчина должен оставаться на своей земле, чтобы твёрдо стоять на ногах, глубоко пуская корни. Ты понимаешь это только тогда, когда лишаешься такой возможности. Здесь даже дышится иначе: каждый вдох — как тёплый бриз после долгого шторма.
Паром гудит, как зверь, готовящийся к прыжку. Гул металла и голос матроса заглушают мои мысли. Я толкаю свой байк по трапу, чувствую, как он вибрирует под руками — тяжёлый, упрямый, словно несёт в себе груз, скрытый от посторонних глаз.
Мотор ещё горячий, пальцы пахнут бензином. Ветер с моря доносит запах соли и дизеля, щедро разбавляя их ароматом кофе и табака с пассажирской палубы. Вибрация парома отдаётся в груди, будто ещё одно сердце бьётся совсем рядом.
Я молча смотрю в воду. Она темна и глубока. Последние лучи заходящего солнца скрываются за горизонтом. В этот момент кто-то резко выскакивает сбоку, торопливо прижимая к груди перепачканный мазутом комок шерсти. Мы сталкиваемся плечами. Я теряю равновесие — и телефон выскальзывает из моих пальцев, падая на железный настил. Звон — и по экрану расходятся тонкие трещины, как по весеннему льду.
Сердце глохнет, как мотор на холостом ходу.
Я с тоской осматриваю паутину на экране: сложно найти более неподходящее время, ведь именно сейчас я чувствую — ты готова, желанная моя.
Парень из толпы бросает мне короткое — «pardon» — и исчезает в людском потоке. Я поднимаю телефон. Экран светится ещё несколько секунд, а потом замирает. Тишина в ладони. Как будто судьба выдернула вилку из розетки.
Оф... На экране телефона больше нет маршрутов. Остаётся только дорога внутри меня. В таких случайностях нет злости. Только знак: ещё одна вещь перестала быть целой.
Я возвращаюсь к своему байку. Включаю зажигание. Паром швартуется. С палубы разносится рёв моторов. Я трогаюсь одним из первых, оставляя за кормой мокрый след шума и дыма.
Потрёпанный жёлтый кофр за моей спиной качается в такт дороге.
Комментариев нет:
Отправить комментарий